Яндекс.Метрика
Благотворительная программа
Оцени свой риск
Словарь терминов
Библиотека материалов

Анастасия, г. Тула

Алена Амеличева, г.Москва
Анастасия, г. Тула

Меня зовут Дроздова Анастасия, мне 33 года, у меня рак. В моей семье и среди знакомых никто не сталкивался с онкологическими заболеваниями. Поэтому я была уверена: мне уж точно рак не грозит…

Когда я обнаружила в своей груди новообразование, то не придала этому особого значения. Я вообще редко ходила в больницу и не понимала важности профилактических обследований. Я кормила грудью свою младшую дочь и не послушалась опытного врача-хирурга онкологического диспансера, который настаивал на операции. На тот момент пункция показала фиброаденому, и я решила: раз кормлю грудью, рассосется. Хотя снова опытный врач-онколог в поликлинике рекомендовал мне операцию. Год спустя у меня на больной груди втянулся внутрь сосок. Пункция, а потом и биопсия показали рак молочной железы уже на 2 стадии. Мне было 30 лет, две маленьких дочери (2 года и 5 лет), началась паника, я не знала, что мне делать. Сначала, тайком, я плакала день и ночь, просиживала сутками в интернете, после чего становилось еще хуже. Из-за того, что я мало знала о своей болезни и слабо представляла свои дальнейшие действия, очень боялась сделать снова что-то не так и упустить драгоценное время. В голову лезли картины скорой смерти, переживания за будущее своих детей и все в том же духе.

Спустя 2 недели мне сделали операцию: удалили грудь и лимфоузлы подмышкой. Операцию делал тот самый хирург, который год назад ее рекомендовал. Если бы тогда я его послушала, моя жизнь сложилась бы иначе.

Но снова я поверила другу семьи, врачу-невропатологу, он много раз лечил меня и членов моей семьи с помощью гомеопатии. По его рекомендации я отказалась от химиотерапии, как и раньше от операции. Врачи-химиотерапевты были в шоке, а я слепо лечилась по его схеме, гомеопатией, безоговорочно веря в успех. Но спустя 4 месяца у меня обнаружили метастазы - в области, где была проведена операция, под ключицей.

С этого момента я перестала валять дурака и приступила к традиционному лечению. Страха уже не было, видимо, мозг так работает, что со временем он перестраивается, приспосабливается, и ты просто идешь вперед с верой в то, что все будет хорошо. Возможно, у меня просто не было времени на переживания, так как была куча домашних дел, с детьми я постоянно ходила на кружки и занятия. Мы все время куда-то ездили, чем-то занимались. Рука после операции не слушалась, было очень трудно выполнять домашнюю работу, поэтому из Краснодарского края, бросив работу и дом, приехала моя мама, взяв большую часть физической нагрузки на себя.

После 7 курсов химиотерапии я решила провести обследование в Москве в РОНЦ им. Н. Н. Блохина. С этого момента начался новый этап моего лечения, так как врачи обнаружили новые метастазы подмышкой и пересмотрели стекла - блоки с моей удаленной опухоли. Оказалось, что диагноз мне поставили неверный. Соответственно, и лечили не тем препаратом, который, кстати, я получала перед каждым курсом с большими трудностями, тратя на это много нервов.

Мне назначили лучевую терапию и параллельно 10 курсов новой химиотерапии. Метастазы ушли, но появились в плевре легких, целой россыпью по 2-3 см. Я думала: победила болезнь, а тут такое! Поэтому, пока ехала домой, выплакалась как следует. Снова сидела в интернете, в итоге связалась с профессором, платно, в израильской клинике. Он изучил мои бумажки и рекомендовал препарат, эффективный именно в моем случае. Но в нашей стране его очень трудно получить бесплатно из-за высокой стоимости. В итоге, после 2 месяцев безуспешных попыток получить нужное мне лечение и абсолютно вымотавшись морально, я согласилась на «альтернативное» лечение. Это были очень тяжелые 8 курсов высокотоксичной химиотерапии. Никогда не думала, что бывает так плохо. Я с трудом передвигалась из-за сильнейшей нейропатии, руки не слушались, их все время сводило. Меня все время тошнило и рвало, я теряла сознание от прогулок в магазин. Получила 1 группу инвалидности бессрочно! А в итоге, после не очень продолжительной стабилизации, болезнь начала прогрессировать. Анализы полностью отражали мое состояние.

Ранее за свои кровные я приобрела рекомендованный в Израиле препарат на 3 курса химиотерапии. И снова начала настаивать на терапии с его применением. В РОНЦ им. Н. Н. Блохина меня поддержали, и с направлением «свыше» я пришла в свой диспансер. Не буду вдаваться в подробности, но в итоге лед тронулся. Я обратилась в министерство здравоохранения, к людям через интернет, в газеты, благотворительные фонды. Очень быстро удалось собрать нужную сумму, а затем и диспансер закупил препарат не без помощи добрых Людей. Никогда не думала, что Люди, совершенно мне незнакомые, могут поверить, откликнуться на чужую беду, поддержать - кто деньгами, кто словом. Меня это так воодушевило, столько сил появилось.

В данный момент я на 11 курсе химиотерапии. Метастазы значительно уменьшились. Конечно, физически, после предыдущего лечения, я не могу жить как раньше. Моя мама по-прежнему со мной и помогает по дому. Без нее я бы не справилась. Но теперь я могу гулять с детьми, делать с ними уроки, читать, участвовать в их воспитании. Я вижу, как они растут, их успехи и понимаю, как это важно для них и меня, что я жива. У меня есть ради чего бороться и не опускать руки.

Болезнь изменила меня, я стала ценить жизнь, здоровье, на которое раньше не обращала внимание. Многие вещи перестали раздражать и обижать, теперь это кажется мелочью. Помощь Людей пробудила желание тоже оказывать посильную помощь таким же женщинам, как я. Видя успешный пример других женщин с РМЖ, общаясь с ними, я верю, что у меня тоже все получится.

Очень важно верить своим врачам, а если это трудно, всегда можно получить мнение других специалистов. Разговаривайте с врачами, не стесняйтесь задавать вопросы, пусть они будут казаться вам глупыми, но это подарит вам спокойствие и знание, что делать. Обязательно уточняйте диагноз. Самое главное - не сидеть на месте, не опускать руки. Ведь уходит драгоценное время вашей жизни.

Анастасия Дроздова